Правильная предоперационная диагностика позволит избавиться от нежелательных проблем

Известный в прошлом американский эстетический хирург Томас Риз говорил так: «Ринопластика — простая операция. Только вот трудно достигнуть хорошего результата». Действительно, предупреждение возможных осложнений зависит от правильной предоперационной диагностики того состояния, в котором находится нос и его ткани. Даже при первичных операциях, когда нос не был травмирован и не был оперирован, бывают ситуации, которые очень сложно просчитать или вычислить до самой операции. Это происходит из-за того, что каким-то анатомическим вариациям могут подвергаться, к примеру,  хрящи носа, которые сложно прощупать и невозможно вывести на компьютерных томограммах или снимках при ядерно-магнитной томографии.

1. Бывают клинические наблюдения случаев, когда опорные хрящи кончика носа, которые в норме имеют ширину 6-8 мм, на самом деле оказываются очень узкими, извитыми, тонкими и шириной не более 1-2 мм. На эти хрящи трудно наложить какие-либо швы, а ведь именно от них зависит выступ и опора кончика носа.
2. Бывают ситуации, когда без видимых причин хрящи с одной стороны носа отличаются от хрящей на другой стороне. И дело не в зеркальном их сходстве, а в различном развитии. В таких случаях хирург оказывается в очень сложной ситуации. Если он делает закрытую ринопластику, то эту ситуацию в полной мере оценить невозможно, и выигрывает тот, кто делает операцию открытым способом. Недавно я оперировал подтяжку лица у женщины, которая попросила исправить еще и кончик носа. Как оказалось, у нее отсутствует  часть опорной ножки хряща, формирующего кончик носа. Тогда мне пришлось воссоздавать его заново, иначе невозможно было бы просто сформировать кончик носа, и уж тем более сделать его ровным.
3. Часто бывает, что хирург убирает выраженную горбинку при прямом носе, а результате чего  обнажается слой перегородки носа, который искривлен внутри. Без выполнения компьютерных томограмм просчитать этот вариант бывает практически невозможно. Приходиться менять тактику в ходе операции.

Конечно, надо учитывать и психологию наших пациентов. Так, нередко оказывается, что пациенты уже делали какие-то манипуляции в области носа, которым они не придавали значения или же были, допустим, воспалительные заболевания типа фурункула носа, которые могли повлиять на строение анатомических структур. В моей практике было наблюдение, когда пациентка до нас пыталась исправить форму носа нехирургическим способом. Ей делали инъекции, очевидно, противовоспалительным гормональным препаратом Дипроспан, от которого хрящи размягчились и потеряли свою опорность, а с одной стороны хрящ рассосался вообще. Также была пациентка, у которой после проведения пирсинга по крылу носа произошло рассасывание крыльного хряща, из-за этого возникла асимметрия носа. И если бы мы не узнали, что у нее проводился пирсинг, то оказались бы в сложной ситуации, т.к. дополнительно потребовалась пересадка хрящей из ушной раковины.

Стоит заметить, что в моей личной практике каждая сотая пациентка по каким-то причинам скрывает, что у нее уже была выполнена ринопластика. Может быть, по забывчивости из-за давности операции, но мы узнаем об этом только тогда, когда уже удалим волосы в носу и увидим рубцы. В это время пациентка находится уже под наркозом и тактику приходится опять же менять в ходе операции. В целом, непреодолимые трудности чаще обнаруживаются при вторичных операциях. Нередко пациенты не предоставляют нам протоколов о ранее выполненных операциях и мы сталкиваемся с ситуациями, когда разрушены опорные хрящи кончика носа, или швы наложены материалом, который мы обычно не используем.

Иногда мы находим инородные тела, которые, опять же, могут быть неожиданностью. Так, приходилось обнаруживать в спинке носа и фрагменты оболочки протезов молочных желез, и сетки от фильтра из капельницы. В таких ситуациях, конечно же, заживление идет по законам, которые действуют без возможных корректирующих влияний хирурга. Но это, конечно же, исключение из правил.