Эдуард Шихирман

Вопросы в ринопластике, которые требуют уточнений
Эдуард Шихирман

Ведущий пластический хирург клиники «Dr. Shihirman» Эдуард Шихирман и врач-косметолог медицинского центра косметологии «Raylife» Лаура Болатова делятся своими мыслями на счет тех моментов в ринопластике, по поводу которых у пациентов нет едино сложившегося мнения.

Корр.: Пациент, желающий изменить форму носа, может получить стопроцентное представление о результате операции при помощи компьютерного моделирования?

Эдуард Шихирман: По моему мнению, компьютерное 3D-моделирование на сегодняшний день не существует для ринопластики. Есть пока что унифицированные программы, которые имеют весьма опосредованное отношение к конкретным задачам. На мониторе можно  приподнять кончик носа, убрать горбинку или расширить спинку носа, однако в действительности результат от операции все равно будет сильно отличаться от компьютерной графики. Все эти программы имеют только схематический характер.

Подобные программы компьютерного моделирования в пластической хирургии сегодня работают только для протезирования молочных желез. В этом случае совпадение ожидаемого и реального результата может достигнуть 90 %. В ринопластике, к сожалению, этот процент очень мал. Пока что программы для ринопластики способны создавать только картинки.

Корр.: В ринопластике существуют два метода ее проведения: открытый и закрытый.  Сегодня многие хирурги предпочитают использовать закрытую ринопластику, как менее травматичную, по их словам. Так какой метод лучше?

Хорошее 3D-моделирование не существует для ринопластики. Подобные программы сегодня работают в пластической хирургии только для протезирования молочных желез.

Эдуард Шихирман: Я провожу операции по изменению формы носа уже в течение 15 лет. В первые пять лет своей профессиональной деятельности я прибегал к закрытой ринопластике, но сейчас предпочитаю открытую. На мой взгляд, небольшой разрез на колумелле носа после открытой ринопластики совершенно не виден. При данном виде ринопластики открыты все структуры, хирург зрительно охватывает все поле своей работы, что конечно же облегчает ему действия. Что касается формирования рубцов, то оно зависит в первую очередь от травматизации тканей во время хирургического вмешательства, а сама травматизация — от используемой хирургической техники. Грубые рубцы могут возникнуть при закрытой ринопластике, а при открытой — минимальное рубцевание. Это вещи между собой не связаны. Обычно продвижение определенного метода и категорический отказ от другого свидетельствует о том, что конкретный метод ведения операции получается у хирурга лучше, чем другой. Прекрасно, когда хирург владеет десятками методик и может их комбинировать, это в свою очередь может повысить качество результата операции в разы.

Корр.: Когда пластические хирурги в ринопластике должны привлекать к сотрудничеству хирургов-оториноларингологов? 

Если есть патология внутреннего носа, без помощи хирурга-оториноларинголога не обойтись

Эдуард Шихирман: Пластические хирурги занимаются оперированием наружного носа. Помимо него, существует еще и внутренний нос, отвечающий за функции дыхания. Если у пациента присутствуют эстетические дефекты наружного носа и одновременно патология внутреннего носа, как костные гребни или нарушение перегородки, операция происходит поэтапно. Без помощи хирурга-оториноларинголога здесь не обойтись. Я, например, способен выполнить незначительную септопластику, т. е. коррекцию, направленную на восстановление формы носовой перегородки. Однако провести полной объем работы по устранению данной проблемы под силу только хирургу-лору.

Корр.: Появились ли какие-то инновации в ринопластике?

Если есть возможность подкорректировать нос без хирургического вмешательства, стоит ею воспользоваться

Эдуард Шихирман: Ничего кардинально нового не возникло. Конечно, создается новое оборудование, развиваются эндоскопические методы. Однако все равно операция выполняется хирургом с помощью набора инструментов, и специфика ее проведения остается прежней -разъединение, перемещение тканей и создание из них новой формы. По моему мнению, не возникли также малоинвазивные операции должного уровня, о которых сегодня часто говорят. Если инвазия будет маленькой, т. е. объем вмешательства будет небольшой, то результат может не принести нужных плодов. К этой категории я никак не отношу новые технические методы операции, которые используются для того же объема манипуляций, но с менее травматичным способом ведения. Данные методики нахожу очень полезными для пластической хирургии.

Корр.: Коррекции носа филлерами и нитями принесут должные результаты?

Эдуард Шихирман: Я не имею ничего против таких способов улучшения внешности. Если есть возможность подкорректировать нос без хирургического вмешательства, стоит ею воспользоваться.

Лаура Болатова

Лаура Болатова: Коррекция носа данными способами относится к категории безоперационной ринопластики. Работа происходит только с мягкими тканями носа, кости и хрящи никак в этом деле не задействованы.

Обычно для этого применяется ботулотоксин, филлеры на основе гиалуроновой кислоты или гидроксиапатита кальция, а также рассасывающиеся нити из капролактона.  Препарат вводят через канюлю в намеченный участок.  Реабилитация практически отсутствует, а эффект от процедуры  сохраняется  в течение года и больше.

С помощью инъекций можно улучшить форму носа: приподнять кончик, исправить умеренную асимметрию, сгладить легкую горбинку, заполнить неровности, избавиться от слишком острого угла на переносице. Использование нитей позволяет приподнять кончик носа, выровнять спинку, подтянуть кожу. Реабилитация после нитевой коррекции занимает примерно неделю. Через два-три года нити рассасываются, однако оставляют за собой коллагеновый каркас, который поддерживает форму носа еще какое-то время.